КОМНИН  И  ПРОКЛ



ИСТОРИЧЕСКОЕ СКАЗАНИЕ
ИНОКА КОМНИНА И ИНОКА ПРОКЛА
O РАЗНЫХ ДЕСПОТАХ ЭПИРСКИХ
И О ТИРАНЕ ФОМЕ ПРЕЛУМБОВЕ КОМНИНЕ, ДЕСПОТЕ*


ПРЕДИСЛОВИЕ

      Занимаясь судьбами Греческого племени в разные эпохи его существования, и обращая внимание то на один, то на другой исторический источник, мы решились несколько лет тому назад разработать летопись Эпирскую. Она любопытна, как начертанная современниками картина вооруженной борьбы разных народов на Греческой почве во 2-й пол. XIV в. В ней нет, правда, событий громадных, но мелкие происшествия, ее наполняющие, живо дают чувствовать читателю то политическое разложение, которое открыло широкие врата Отоманству.
      Многие ученые пользовались Эпирскою летописью, но они пользовались ею, по нашему мнению, недостаточно. Пуквиль (Pouqueville), ее первый издатель, Лик (Leake), Смарт (Smart), Бюшон (Buchon), обращались с нею как с любопытным источником, к которому имели доверье; но научного убежденья в ее достоверности в них незаметно. В 1846 году достоверность ее впервые критически доказана Андреем Мустоксиди: но его заслуга не сделалась известною ни позднейшему издателю ее Э. Беккеру, ни историку Византии Финлею, ни специальному исследователю Албании и Эпира Гану. Между тем мы убедились, что известья Эпирской летописи, чем большей подвергаются поверке, тем большее получают ручательство своей достоверности. Это и побудило нас представить ее на суд отечественным ученым в новом издании.
      Изложим здесь судьбу нашей летописи.
      Прежде всего должно быть благодарным Пуквилю, который воспользовавшись заслуженным доверьем Греков, добыл эту летопись в рукописи, и первый перевел, и издал ее в подлиннике и в переводе в 1821 г. Греческая рукопись, полученная Пуквилемъ от иноков Метеорских, имела общим заглавием Mnxanl Nepota Doykos, заключала в себе 4 отдельные сказания, и помещена им в V томе его Voyage dans la Grece, Paris. 1821 (стр. 200-355). Мы занимаемся здесь только вторым сказанием (с 1350 по 1400 год), которое в Пуквилевой рукописи носит следующее заглавие: Istoria Preloympoy kai allon diaporon despoton ton Ioanninon apo tns aloseos ayton para ton Serbon eos tns paradoseos eis toys Toyrkoys (стр. 210-267). Сказания 1-е, 3-е и 4-е очевидно принадлежат другим составителям.
      Издание той же Эпирской летописи (т.е. 2-й у Пуквиля) по другому списку в 1831 г., хотя и представляло важные разночтения, - но так как оно было обнародовано в небольшом городе Навплии, то и осталось к сожалению мало известным. Мы не могли его достать; да и неудивительно, когда не мог иметь его хронограф и житель Эпира Аравандино. Оно помещено в Греческом периодическом издании: Atnna, ntoi analekta geograpika, pilologika ktl. en Nayplio, 1831. Этими сведениями обязаны мы Андрею Мустоксиди.1 По изустному известию сообщенному нам Греческим библиографом Паппадопуло-Врето, эта Афина издавалась тогда Энианом. Тут находим другое заглавие, из которого открывается, что авторами Эпирской летописи были монахи Комнин и Прокл. Вот это заглавие: 'Istorikoy Komnnnoy toy monaxoy kai Prokloy monaxoy peri diaшoron Despoton tns Hpeiroy kai toy tyrannoy Toma toy Despotoy kai Komnnnoy toy Preloympoy
      Историческую достоверность получила Эпирская летопись, как мы уже сказали, только в 1846 г., как вследствие сличения издания Парижского с Навплийским, так и подтверждением содержащихся в ней данных сведениями, заимствованными из источников Византийских и Италиянских. Мы говорим об издании Афинском, над которым трудился известный Греческий филолог и исторический критик Андрей Мустоксиди. Этот исправленный текст занимает 8-й и 9-й выпуски Эллиномнимона, ученого журнала, которого все статьи обработаны Мустоксидием. Вот полное заглавие этого журнала: Ellnnomnnmon n symmata Ellnnika, syggramma periodikon syntassomenon men ypo, ekdidomenon de ypo X. Nikolaidoy Piladelшeos. Tomos A. шylladia 1-9. Atnnnsin 1843-1846 (всего 568 стр., а Эпирская летопись занимает стр. 497-561). Заглавие же летописи Афинским издателем оставлено то же, какое и Навплийским. К перепечатанию Афинского текста побуждены мы были, во-первых, его большею полнотою и исправностью, во-вторых тем, что этот текст, несмотря на свою полноту и исправность, остался мало кому известным. Это случилось от того, что он издан был в Афинах, таком городе, которого ученая деятельность еще не вполне оценена. Помещение этого текста в периодическом издании уже прекратившемся, где он теряется между другими статьями, и самая редкость издания усилили в нас намерение перепечатать текст по изданию Афинскому, с весьма немногими необходимыми переменами. Странным может показаться, что Боннское издание, расходящееся по целому ученому миру, могущее пользоваться редкими пособиями, сделало шаг назад, не воспользовавшись ни Навплийским, ни Афинским изданиями; но кто сличит Беккеров текст Эпирской летописи (Epiroticorum fragmentum II 'Istoria Preloympoy, и т.д., как у Пуквиля) с текстом других изданий, тот увидит, что это просто перепечатка того же самого текста, который напечатан Пуквилем за 28 лет перед тем.
      Теперь объясним, зачем мы приложили перевод на русский язык. Во-первых, Французский перевод Пуквилев (1821 г.) хоть и читается с удовольствием, но не везде верен, а Латинский Беккеров (1849 г.), хоть и вернее Французского, но не может для русского читателя заменить перевода на русский язык.2 Во-вторых, оба перевода сделаны с текста, изданного по одному Пуквилеву или Парижскому списку: а такого перевода, который был бы сделан по сличении двух списков, вовсе нет. Правда у многих писателей есть краткие пересказы содержания этой летописи. Но Smart Hughes и Пуквиль, представившие такие пересказы, делают, первый до 20 (Voyage a Janina en Albanie trad. de l'anglais de Thomas Smart Hughes. Paris. 1821. Т. 1. p. 282-291), а второй до 30 промахов против смысла летописи (Pouq. Voyage... Т. 1. р. 109-114). Бюшон, пользовавшийся ею больше и лучше других, иногда тоже сообщает из нее факты довольно небрежно (см. стр. VIII и IX Предисловия его ко 2-му тому Nouvelles recherches historiques sur la principaute francaise de Moree. Paris 1843). Лучше всех пересказана она у Лика (Travels in Northern Greece by W. M. Leake v. IV., в дополнении к 37 гл. стр. 553-562) и у Гана (Albanesische Studien v. J. G. Hahn. Iena 1854. Heft. 1. стр. 315-322. и примеч. к этим стр.). Эти пересказы не могут заменить русской перевод. Кажется ни Гаммер, ни Цинкейзен, в своих историях Отоманской империи не пользовались этим источником; а Финлей (в сочинении Die Geschichte Griechenlands von seiner Eroberung bis zur Besitznahme durch die Turken etc. v. G. Finlay, iibers. v. К. В. Reiching. Tubingen 1853 стр. 142 и 143) заимствует из него лишь несколько строк.
      Полную достоверность получает наша летопись только в следствие подробного обяснения. Источниками для такого объяснения служили нам: во-первых Византийские историки и кое-где летописи Сербские; во-вторых, акты, известные нам по копиям и выпискам, приводимым разными учеными. Наконец мы пользовались замечаниями Мустоксиди, обяснившего нашу летопись в подробности, и других ученых, более или менее коснувшихся ее; каковы: Пуквиль, Лик, Бюшон, А. Майков, Аравандино. Но мы делали это с большею осмотрительностью, поверяя одно данное другим. В отношенш топографии, в которую Мустоксиди не вдается, из опасения, как он сам говорит, умножить число своих ошибок, мы нашли нужным значительно пополнить примечания Мустоксиди. Сличая текст хроники с путешествиями Пуквиля и Лика и с описанием Аравандино; сличая карты приложенные к Пуквилю и Лику с картами Шпрунера и Киперта, мы начертили карту Эпира в XIV в., здесь предлагаемую. В генеалогии главным руководителем нашим был Мустоксиди, которого генеалогические данные мы несколько сократили, и для которых отсылаем читателя к составленным нами родословным росписям, изображающим то же самое нагляднее (приложены к концу). При истолковании редких слов мы следовали Мустоксиди, Дюканжу, Сомавере, Варину, наконец нашим собственным соображениям и заметкам.
      Наш труд был почти окончен, когда нам дана была возможность пользоваться Хронографиею Эпира, составленною недавно Греком Аравандино и изданною в Афинах. Это сочинение, находящееся в библиотеке Императорской Академии Наук, имеет следующее заглавие: Xronograшia tns Hpeiroy ton te omoron Ellnnikon kai Illyrikon xoron diatrexoysa kata seiran ta eo aytais symbanta apo toy Sotnrioy etoys mexri toy 1854. Periexoysa kai topograшikon pinaka...... kai akpibn statistiknn ektesin pasns tns Hpeiroy. Dinrnmenn eis tomoys dyo. Syntetagmenn ypo P. A. (т.е. Arabantinoy, как видно из посвятительного письма). En Atnnais 1806-1857. Тут впервые являются в хронологическом порядке события Эпира от Рожд. Хр. до 1854 г. (не включительно): это содержится в первом томе (416 стр.). Второй том посвящен алфавитному обяснительному указателю народов и мест, приведенных в первом томе (стр. 1-180); историческому, географическому и статистическому описанию Парги (181-211) и Янины (212-412). Нигде не было собрано воедино так много исторических и статистических данных относительно Эпира, как в этом труде: и в этом отношении он драгоценен. Но к сожалению источники указаны в нем иногда в слишком общих чертах. Для настоящего предмета наших занятий труд Аравандино представил любопытные частности. Во-первых между годами 1350 и 1400, пересказывая подробно содержание нашей летописи (Т. I. стр. 131-157) Аравандино делает к ней разные замечания, выписывая их из ее сократителя.
      Во-вторых в указателе обяснены некоторые местности. Всем этим мы воспользовались, как увидит читатель из наших ссылок.
      Частные исследования, предпринятые нами в этом труде, получают более значения вследствие того внимания, которое обращено в последнее время на Эпир, как публицистами, так и учеными. Эпирские события 1854 года показали еще один раз Европе, какими живыми силами кипит население Эпира. Тщательные этнографические исследования Гана довольно коротко знакомят с Эпиром. Внешне-фактическая история Эпира впервые может быть обозрена при помощи хронографии Аравандино. Наконец можем надеяться, что экспедиция, предпринимаемая французскими археологами, приведет в ясность спорные пункты по топографии древнего Эпира. Такая подробная и обстоятельная разведка, какой требует от молодых археологов Француской Школы в Афинах Парижская Академия Надписей, без сомнения принесет плод не для одной древней археологии времен классических. В этом читатель может удостовериться из прилагаемой здесь программы Академии Надписей. Question proposee par l'Academie des inscriptions et belles-lettres a l'Ecole franзaise d'Athenes pour les annees 1857-1858.
      Faire la description generale de l'Epire, en explorer particulierement la partie montagneuse, et chercher a completer les notions que les derniers voyageurs, depuis Pouqueville jusquau colonel Leake, ont donnees de cette contree. Visiter d'abord Passaron, l'antique capitale du royaume, le lac de Janina, ie Tomaros (Mitzikeli), et verifier l'emplacement assigne a Dodone. De la, se diriger au N. O. et rechercher, vers les sources du Thyamis (Calama), les vestiges de Photike, qui existait encore au temps de Justinien. De la, passer a Delvinaki et suivre la riviere qui coule vers Tepelen; pres de ses bords devaient se trouver les villes d'Omphalion, Adrianoupolis, Elaeus et Hecatompedon, dont la position precise n'est point connue. Arrive a l'Aous (la Voioussa), cotoyer son cours, reconnaitre l'emplacement d'Antigonia et de Byllis ou Bullis; visiter enfin, non loin de l'embouchure de l'Aous, ce qui reste d'Apollonia, l'ancienne colonie corinthienne. On pourrait revenir en longeant la cole, par Aulon (Avlona), Amantia, dont l'emplacement est incertain, Oricum (Eriko), Chimaera, Phoenike (Phinici), Buthrotum (Butrinto), Pandosia situee sur les bords de lAcheron, dont il serait a propos de remonter le cours, Cassope, Nicopolis. Les villes de ce littoral ont ete explorees, presques toutes, par le colonel Leake et par beaucoup dautres; il serait possible neanmoins que de nouvelles recherches, surtout dans les eglises greques et dans les monasteres, y fissent decouvrir des inscriptions non encore publiees et des documents historiques inedits.
      После столь многосторонних розысканий, каким был подвергнут и вскоре опять подвергнется Эпир, можно надеяться, что историческое значение этого края уяснится.
      Мы со своей стороны отдаем наш труд на суд знатоков, просим их указать нам его недостатки, и в особенности пополнить, на основании других источников, пробелы в содержании самой летописи.
[с греческого перевел и объяснил
Гавриил Дестунис] 

ВВЕДЕНИЕ

      Во весь XIII век Эпир вместе с Этолией и Акарнанией составлял особую независимую державу, под управлением дома Ангелов. Образовался этот край в особую державу по поводу занятья Византийской Империи Западно-Европейскими владетелями. В одно время с расхищением имперской территории Западно-Европейскими владетелями, проис- ходило и ее расхищение туземцами, а именно разными родственниками Императоров и наместниками областей. Латинские владения от владетелей дуков, графов, баронов, получали название дукатств, графств, бароний и т.п.; а участки, занимаемые туземцами, именовались деспотствами. Как в древности, в эпоху правления республиканского, администратора похищавшего господство над республикою именовали тиранном; так в средние веки, того, кто из наместников силою становился государем, именовали деспотом. Когда сживались с таким деспотом, то и название уже переставало быть укорительным, и обращалось в титул владетеля, так же как в древности название тиранна. Деспоты Эпирские утвердили за собой наследственную власть; это продолжалось даже и по изгнании большей части Латинских владетелей (т.е. после 1261 г.).
      Ангелы были деспотами Эпира с 1205 г. по 1318, когда последний представитель Ангелов в Эпире-Фома убит был графом Кефалонским неизвестного имени, из дома Французского, который и овладел Эпиром3. Этого неизвестного убил Иоанн, брат его, женившийся на Анне, дочери протовестиария Палеолога, о которой говорится в нашей летописи4. По отравлении мужа своего Анна осталась одна владетельницей в Акарнании и Этолии с малолетними детьми Никифором и Фомаидой. Император Андроник Младший воспользовался этим положением ее, и действуя через Иоанна Кантакузина частью уговорами, частью войною присоединил Эпирское деспотство к Империи 1337-1339. Никифора отправляют в Константинополь, дают ему титул паниперсеваста и женят на дочери Иоанна Кантакузина 5.
      Яннины однакож при самом пресечении дома Ангелов в 1318 г. тотчас же отдались Андронику Старшему, и продолжали признавать над собою и Андроника Младшего. От обоих Императоров пользовались Яннины большими льготами, что видно из двух хрисовулов, которые в целости помещены в Эллиномнимоне Мустоксидием (стр. 464-496).
      В это время, с 1333 по 1355, владыкой Сербии был Стефан Душан, могучий собиратель земли Сербской, знаменитый издатель Законника. Разителен контраст между возрастающею силою Сербии и усиливающимся изнеможением Византии. Он сильно высказывается в записках современников: Никифора Григоры, Кантакузина, и в позднейших источниках, каков Халкокондил. Душан отнял у Империи не только Македонию, но и Фессалию, Эллинскую Влахию, Акарнанию, Этолию6. Таким образом и Яннина, с 1318 года пользовавшаяся, как мы видели, многими льготами под господством обоих Андроников, тоже подпала власти Душана, который водворил там одного из бояр своих - Прилупа, с званием кесаря. Этолию же и Акарнанию Душан отдал брату своему Симеону. Вот откуда начинает свой рассказ наша летопись.
      Сербский разлив, как видно из летописи, держался в Эпире до усиления Албанцев Ваии, Лёши, и Спаты, а в Яннине до прихода Итальянца Изау (1384 г.)
      Между тем на Востоке росло политическое могущество Османов. Их опустошительные набеги испытали на себе и Византийцы, и Сербы: но гнездом Османов все же оставалась Малая Азия, а в Европе еще не имели они постоянного пристанища. Со взятием Каллиполя 1355 г., с укреплением этого города, Османы получают в Европе твердый стратегический пункт, откуда впоследствии смело на все стороны распространяют свои набеги. Тогда же Сербы лишаются Душана, а Византийцы Иоанна Кантакузина. Хотя Турки лишились Урхана и храброго сына его Сулеймана, того самого, который взял Каллиполь, но у них был Мурат, неуклонный завоеватель Ю. В. Европы, между тем, как на престоле Византии сидел бесхарактерный Иоанн Палеолог, а на Сербском бессильный Урош.
      Известна судьба слабого и несчастного Иоанна Палеолога, который более 30 лет не получая помощи ни изнутри, ни извне, не мог сыскать себе опоры, и наконец обратился в подручника Султанского. Ему было не до Яннины.
      Сербия, раздираемая усобицами Уроша и Симеона, усобицами бояр, из которых многие стали независимы, сделалась достоянием сперва Вукашина, а потом Лазаря. Понятно, что во время этих междоусобий главный деятель нашей Хроники, сын Прилупов, Фома, в своей отдаленной Яннине мог делать, что ему вздумается, пока не был убит. С его смертью кончилось и иго Сербское, и настало господство Итальянское. Изау подчинился более сильной воле Султанов и пособил им овладеть Эпиром. И так Турки, призванные впервые за Пинд Никифором в 1358 г. (нашей хрон. § 4); Турки призванные Фомою Сербом 1381 и 1385 г. (наш. хр. § 23), были только предвестниками тех Турок, которые водворились в Эпире при Изау и властелине его Баязите в 1391 г. (наш. хр. § 36), и которые до сих пор там притесняют христианское население.






ИСТОРИЧЕСКОЕ СКАЗАНИЕ
ИНОКА КОМНИНА И ИНОКА ПРОКЛА
О РАЗНЫХ ДЕСПОТАХ ЭПИРСКИХ
И О ТИРАННЕ ФОМЕ ПРЕЛУМБОВЕ КОМНИНЕ, ДЕСПОТЕ

§ 1

      Когда блаженной памяти император Андроник Палеолог переселился в вечную обитель, оставив царство сыну отроку, а управление возложив на господина Иоанна Кантакузина [1] (мужа разумного и весьма способного к делу ратному, который был, так сказать, цвет благоуханный людей благоуханных, почему Андроник и почитал его братом своим, и возложил, при кончине своей, на него и на сына своего царское звание [2]), в то время владетель Сербов нашел для себя удобным напасть на Ромейские пределы. Он назывался Стефаном [3] и кралем всей Сербии. В лето 6858 (1350) венчается он на царство, провозглашен вельможами своим царем, и раззоряет всю Ромейскую землю [4]. Города же и селища он присоединил к своим владениям, где силой, а где лаской и дарами. Потом напал он на Эллинскую Влахию [5], и подчинив ее своей власти вместе с городом Янина [6] назначил правителем ее одного из бояр своих, Прелумба, которого и почтил званием кесаря. [7]

§ 2

      Брата своего Симеона, рожденного от троюродной сестры императора Палеолога [8], почтил Стефан титлом деспота, и отправив в Этолию, назначил воеводою этой области.[9] Симеон, прибыв на место, женился на Фомаиде, дочери покойного деспота Иоанна, которая, потеряв отца, возложила всю надежду на мать и на юного брата.[10] Этого брата ее по имени Никифора Ромейский император взял себе заложником и отвез в Константинополь, где и назначил ему местопребывание, женив его на дочери Кантакузина. Мать же этих молодых Фомаиды и Никифора, а наша царица Анна, вышла замуж за одного боярина Болгарского, именуемого деспотом Комнином, брата Болгарского царя Александра и шурина означенного выше Стефана [11], и поехала далеко к Канинам и Белграду [12], оставив Симеона с женою его Фомаидою одного во всем деспотстве Этольском, так как оно было наследственным уделом ее вместе с братом.[13]

§ 3

      По прошествии некоторого времени, царь Стефан скончался и отошел к суду грядущему;[14] скончались и правители его, в том числе и правитель Влахии кесарь Прелумб, и тогда-то прибыл в Эллинскую Влахию из царственного града брат благоверной царицы деспот Никифор, и подчинив себе эту область, а сверх того приняв правление наследственное над деспотством, отнял власть у шурина своего деспота Симеона, и вместе с царицею Фомаидою отослал его в Касторию;[15] сам же стал полновластным и в Эллинской Влахии и в Этолии.[16]

§ 4

      По вступлении в Касторию, Симеон занял ее немедленно вместе с некоторыми крепостями и многими городами и селениями, и основал в ней свое пребывание. Много тут присоединилось к нему Ромеев, Сербов и Албанцев. Образовав из них от 4 до 5 тысяч войска, быв провозглашен ими царем, выступил он из Кастории и пошел к пределам Сербии, для принятия отчего и братнего господства.[17] Но он еще не начал властвовать в Сербии, как извещен был о кончине деспота Никифора. Мы уже сказали, что Никифор по прибытии из Константинополя присвоил себе владычество над двумя областями, над Влахиею и н